История строительной керамики

Сохранившиеся руины сооружений Древнего Египта (12 тыс. лет до н. э.) свидетельствуют, что для кладки стен употреблялись сырцовые глиняные кирпичи, которые армировались рубленой соломой, пропитанной древесным воском или асфальтом. Вначале их применяли сырыми, и лишь спустя несколько тысяч лет их стали перед укладкой высушивать на солнце.

Египтяне не считали кирпич «божественным» материалом, так как его надо было делать своими руками, поэтому поручали его изготовление пленным. Здания возводились из сырца без устройства строительных лесов, ибо строевая древесина была слишком дорога, чтобы использовать ее для вспомогательных целей. Наружные стены выкладывали в виде лестницы, по своеобразным ступеням которой и подносили кирпичи, или же у стены по мере ее возведения насыпали земляной вал, а все помещение засыпали песком. Кирпич оказался удобным материалом не только для кладки стен без лесов, но также и для устройства сводов без деревянной опалубки. Связующим раствором служила жидкая глина, смешанная с природным асфальтом (называемым «черной смолой») и золой. Из всех древних типов свода египтяне чаще всего применяли купол, т. с. сферический свод, который можно было выкладывать из кирпича без устройства кружал. Для этого кладку купола выполняли горизонтальными рядами, образующими замкнутые кольца, постепенно уменьшающимися в диаметре. Реже возводились ко-робовые своды. Они выкладывались небольшими вертикальными участками, в которых кирпичи с помощью раствора «примораживались» к прежде возведенным стенам или аркам. Для большей прочности своды перекрывали вторым перекатом из таких же кирпичей. Крупные своды возводили, в основном, во дворцах знати или для перекрытия царских зернохранилищ. Основная же масса жилищ строилась весьма примитивно — из битой глины. Перекрытием служили небольшие глинобитные купола (реже — сложенные из сырца), выполнявшие роль своеобразных кондиционеров: через отверстие в куполе теплый воздух уходил наружу, а толстые стены из глины обеспечивали внутри относительную прохладу даже в самые жаркие дни. Глинобитные постройки армировались тростником или древесиной. Более просторные и удобные дома привилегированной части населения были обычно двухэтажными. Но эти сооружения, в основном из сырцового кирпича, а также глинобитные дома бедняков хотя и были достаточно долговечны (в сухом климате Ближнего Востока они могли существовать лет 500), до нас не дошли. К счастью, сохранилась облицовочная керамика египтян.

Так, глазурованные инкрустации в форме дисков или прямоугольных плиток встречаются уже в древнейших сооружениях. Камера пирамиды Джоссра в Саккаре (28 в. до н. э.) была вся выложена изразцами, часть которых сейчас хранится в Лондонском и Берлинском национальных музеях. Подобные глазурованные диски эпохи Рамзеса II (1292—1225 гг. до н.э.) имеются и в Москве, в собрании Государственного музея изобразительного искусства им. А. С. Пушкина. Хорошо известна и бытовая керамика Древнего Египта, которую около 5 тыс. лет назад формовали на гончарном круге, а с 21 в. до н. э. (Среднее Царство) украшали подглазурной росписью. Египетская культура лишь подготовила почву, но расцвет керамического и изразцового производства начался не на Ниле, а в долине рек Тигра н Евфрата — в Месопотамии. Прежде всего зодчие Двуречья начали отходить от прямолинейности, характерной для египетской архитектуры, чему способствовало широкое строительство из кирпича, который позволял разнообразить форму возводимых сооружений. Вавилония на юге была лишена и дерева, и камня. Тем ценнее для вавилонян оказалась глина. Поэтому не удивительно, что, несмотря на трудности изготовления обожженного кирпича, связанные с нехваткой топлива, которое приходилось возить издалека, он стал играть самую значительную роль в архитектуре Вавилонии.

Некоторые исследователи (О. Шуази и др.) приписывают не египтянам, а именно зодчим Месопотамии изобретение арки и свода. Как видно по развалинам дворцов, каналов и мостов, покрытие из клиновидных кирпичей, приложенных один к другому по кривой линии и удерживаемых таким образом в равновесии, широко применялось в Вавилонии и еще раньше у шумеров, а египтяне использовали лишь плоские перекрытия. Сооружение сводчатого стока воды в Ниппуре, центре древнейшего шумерского племенного союза, и сводчатые потолки в царских гробницах Ура относятся к III тыс. до н. э. Становится понятным, почему вавилонские зодчие воздвигали даже свои культовые сооружения — зиккураты — не из камня, а из обычного кирпича. Построенные в три-четыре уступа, как, например, трехступенчатый зиккурат в Уре (XXII—XXI вв. до н.э.), остатки которого позволили реконструировать его облик, они целиком были сложены из одинакового размера крупных кирпичей, пущенных в дело еще в сыром состоянии.

Природа помогла вавилонским зодчим найти доступный и удобный в применении строительный материал, не требующий таких нечеловеческих усилий, как сооружение пирамид в Древнем Египте. Таким материалом стал глиняный кирпич. Мудрые вавилонские жрецы признали изделия из глины достойными служить богам: ведь, по их учению, даже люди были созданы из глины, а кирпич боги послали людям, чтобы закрепить их на земле. Обожженный кирпич применяли лишь в тех случаях, когда сырость угрожала сырцу разрушением. Все зависело исключительно от важности и назначения сооружения: к обожженному кирпичу прибегали при укладке наружных стен зиккуратов и дворцов, крепостей и набережных, для облицовки подземных галерей, реже для устройства цоколей жилых домов. Дворы, открытые дождям, выкладывались терракотовыми плитами на слое асфальта. В Вавилоне раскопки подтверждают существование массивных крепостных стен из кирпича, а за ними — знаменитой Вавилонской башни — грандиозного зиккурата высотой 90 м, построенного ассирийским зодчим Арадахдему, со святилищем, облицованным снаружи голубовато-лиловым глазурованным кирпичом. На развалинах царских построек находят множество обожженных кирпичей с клеймом Навуходоносора, по велению которого они были изготовлены. На эту огромную башню их пошло не менее 40 млн. шт. Кирпичи обычных зданий не клеймились и не обжигались, хотя в этот период их уже клали не сырыми, а после сушки на солнце. Чтобы предохранить их от дождя, стены покрывали штукатуркой из смеси глины и алебастра или извести.

Широко использовались глазурованный кирпич и облицовочная керамика, причем месопотамские приемы украшения зданий глазурованными материалами оказали впоследствии большое влияние на искусство народов Востока. На стенах зданий рельефы выполнялись из толстого слоя глины, замешанной на рубленой соломе, инкрустированный терракотовыми гвоздями конической формы, головки которых были окрашены в желтый, черный и красный цвета. Гвозди располагались по рисунку в виде розеток или спиралей. Иногда орнаментирование стены достигалось посредством глиняных трубочек, которые вставлялись определенным образом и составляли рисунок из черных точек.

По свидетельству Геродота, в Вавилоне были дома в три и даже в четыре этажа с террасами. Одна из террас была настоящим садом. Легендарные «висячие сады» — не что иное, как засаженные растениями террасы царского дворца. «Висячие сады» полумифической царицы Семирамиды греки считали вторым чудом света. Сады возводились уступами в несколько ярусов, массивные перекрытия из двух рядов кирпичной кладки поддерживались мощными кирпичными сводами на колоннах. В качестве утеплителя на перекрытии был уложен слой камыша, покрытый сверху асфальтом. Сады орошались с помощью огромного водонапорного колеса, вращаемого рабами. Чтобы вода не проникала сквозь перекрытие, укладывали свинцовые пластины, на которые уже затем сыпали грунт. Но через тысячу лет все величественные сооружения Вавилона, в том числе и огромная башня, и висячие сады, осели и разрушились. Сырцовый кирпич, из которого делались основания, стены и своды, размок от наводнений и потерял прочность. От замечательных творений вавилонских зодчих остались лишь легенды. Только ворота Иштар, богини любви, через которые шли торжественные процессии вавилонян во главе с жрецами, частично сохранились. Стены около ворот были облицованы глазурованным кирпичом и украшены рельефным фризом, изображающим шествие львов — белых с желтой гривой и желтых с красной гривой. Эти стены вместе с воротами (они хранятся сейчас в Берлинском музее) убеждают нас в том, что изготовление изразцов с многокрасочной глазурью достигло в Месопотамии высокого технического уровня.

Многочисленные памятники материальной культуры свидетельствуют о широком применении керамики также и в Индии. В ранней цивилизации индусов кирпич также считался священным, его использовали для строительства даже алтарей (сырец для фундаментов, обожженный — для стен). Например, ступа в Санче, которую император Асока построил в виде полусферы на вершине холма в центре индусского буддизма (XI в. до н.э.), была выполнена из обожженного кирпича на глиняном растворе. Раскопки, проведенные в Пенджабе, подтверждают, что еще в III тыс. до н. э. здесь строились оросительные каналы, городские водосточные системы, двух- и трехэтажные здания из обожженного кирпича. Стены и полы в ванных комнатах жилых домов Древней Индии были выложены большими плитками из обожженной глины, и отвод воды осуществлялся с помощью обожженных глиняных труб, уложенных в стенах и подполье дома. Выпуск сточных вод происходил в городскую канализационную сеть, состоявшую из кирпичных и каменных водостоков и коллекторов, покрытых сверху каменными плитами.

Китай принадлежит к числу древнейших стран мира. Еще в период неолита в ряде его провинций было хорошо развито изготовление обожженных глиняных изделий. Это подтверждают найденные в 20-х годах нашего столетия в Западной Хэнани расписные керамические сосуды Яншао (названные так по месту раскопок), которые относятся к шедеврам древней культуры IV—III тыс. до н.э. Вылепленные на первых этапах от руки из грубой глины, а впоследствии из тщательно приготовленной массы с помощью поворотного круга, эти пластичные сосуды постепенно увеличивались в размерах, приобретая благодаря лощению и обжигу при высокой температуре (свыше 1000°С) прочность и блеск. В конце III тыс. до н.э. выделывались трехногие сосуды «дин» и «ли» из хорошо отполированной черной керамики, а II тыс. лет до н.э. датируется белая керамика, предшественница фарфора.

Середина I тыс. до н. э. характеризуется в Китае строительством крупных оборонительных и ирригационных сооружений. Грандиозным памятником этого периода является Великая китайская стена, возведение которой было начато в IV в. до н. э. из кирпича и камня с засыпкой землей. Облицовка некоторых ее секций состоит из трех-четырех слоев кирпича, так близко прилегающих друг к другу, что они не пропускают влаги. Общая длина стены со всеми ответвлениями составляет 4247 км, ширина — от 5 до 8 м, высота — до 10 м. По верху стены пролегала дорога, огороженная зубцами с бойницами. Предания о строительстве Великой китайской стены повествуют о том, что раствор для кладки затворяли не на воде, а ira рисовом отваре, для придания раствору большой пластичности и предохранения кирпичных стен от разрушительных землетрясений. Для экономии дорогостоящего кирпича стены китайских домов редко делали сплошными, а выкладывали с пустотами (так называемая колодцевая кладка) из тонких, обожженных до звонкости кирпичей.

О широком применении китайцами коробовых сводов из клинчатых кирпичей свидетельствует Марко Поло, посетивший Китай в XIII в. Во второй половине II в. до в. э. возник и стал интенсивно развиваться тип культового и мемориального буддийского сооружения — пагоды, представляющей собой башнеобразное многоярусное строение. Пагоды возводились из дерева, камня и даже из металлических плит, как, например, железная пагода в Тянъяне (X—XI вв.). Но самой знаменитой является Даяньта — «Большая пагода диких гусей», выстроенная в Сиани из кирпича в 652 г. и перестроенная в 701—704 гг. Семиярусная, квадратная в плане пагода высотой 60 м имеет арочные окна и коническую крышу. Причудливая форма крыш с приподнятыми краями, столь характерная для китайской и японской архитектуры, явилась результатом системы крепления их с помощью веревок.

Судя по найденным при раскопках моделям из глины, такие крыши стали модными в эпоху Тан (618—907 гг. и. э.) и являлись основным украшением зданий. Дом с несколькими изогнутыми крышами, возвышающимися одна над другой, свидетельствовал о знатности владельца. Следует отметить, что такие двойные крыши, как и двойные стеньг, служат прекрасной защитой от зноя и перегрева помещений. Черепицу, которую для предохранения от разрушительного действия ветра и воды укладывали на слой раствора, китайцы покрывали глазурью, особенно по коньку крыши, а стропила заканчивали силуэтами драконов, чаще из дерева, а иногда и из керамики. Панно пагод инкрустировали фарфором. Фарфоровое производство, возникшее в глубокой древности (имеются археологические находки фарфороподобных черепков, относящихся к 206 г. до н. э.), достигло своего совершенства в Танскую эпоху. К этому времени относится создание многочисленных печей для обжига фарфора, самой знаменитой из которых была Синчжоу в провинции Хэбэй, поставляющая белоснежный фарфор к императорскому двору. Между прочим, слово «фарфор» имеет арабское происхождение и соответствует значению «императорский». Зодчие Персии в грандиозных дворцовых ансамблях, возведенных в 539—330 гг. до н. э. в Пасаргадах, Персеполе, Ктесифоне и Сузах, продолжали совершенствовать конструктивные приемы зодчих Вавилона, но если там размеры пролетов были незначительными, что обусловливалось использованием кирпича солнечной сушки, то персы стали возводить купола и перекрывать залы значительных размеров.

Так, в тронном зале дворца в Ктесифоне был выложен без кружал коробовый свод, равный по ширине (около 30 м) основному пролету собора св. Петра и выполненный из обожженного кирпича на известковом растворе прекрасного качества. Архитекторы, понимая, что сырец в таких сводах был бы раздавлен, применяли обожженный кирпич и в них, и в наружных стенах. Знаменитый изразцовый фриз из Суз (V в. до н.э.), хранящийся в Лувре, изображающий царских телохранителей, свидетельствует о том, что персидские зодчие также великолепно использовали многокрасочную керамику. Кирпичные стены штукатурились не часто, лишь иногда их украшали невысокими терракотовыми рельефами, отлитыми в формах, или облицовывали разноцветными изразцами. Даже выступающие карнизы представляются персам слишком сложным элементом, их трудно было сложить из кирпича, и зодчие увенчивали стены зубцами. Хотя в Древней Греции строили, в основном, из известняка или мрамора, греческие зодчие высоко ценили глину и широко использовали ее для своих построек. Сохранились древнейшие изображения Прометея со стекой в руке около созданного им первого человека, а рядом — корзина для глины. Однако глиняные сооружения, относящиеся к эллинскому периоду, до нас не дошли. По свидетельству античных авторов, это были постройки из необожженного кирпича, который применяли даже в самых значительных зданиях. Так, из кирпича-сырца были стены храма Геры в Олимпии.

Обожженный же кирпич («плинфос») начал применяться значительно позднее, не ранее IV в. до н. э. До этого у греков существовала практика покрывать камень декоративной облицовкой из терракотовых плит, ведущая свое происхождение от тех времен, когда правильная обтеска камня вызывала большие затруднения из-за несовершенства строительного инструмента. Главным местом производства таких изделий являлся Коринф, где во второй половине VI в. до н. э. работал знаменитый гончар Бутад, внесший много нового в их производство. Они представляли собой или сборный глиняный чехол на каменную стену или глазурованные плиты, которые устанавливались в виде парапета над верхним рядом камней. Иногда делались терракотовые карнизы (Афины, Олимпия), что подтверждается сохранившимся на некоторых фрагментах медными стержнями, которыми обожженные глиняные изделия прикреплялись к камню. Торцы деревянных балок также закрывались цветными терракотовыми плитами. Это был период расцвета не только архитектуры, но и художественных ремесел, особенно керамики. Само слово «керамика», как считал известный советский ученый П. П. Будников, ведет свое происхождение от слова «керамейя», которым в Древней Греции называли гончарное искусство. Недаром название одного из предместий Афин «Керамик» относится к району, славившемуся своими гончарами. Гончарное производство у греков было настолько популярно, что великие скульпторы и художники (Фидий, Поликлет, Мирон) охотно давали гончарам эскизы для ваз. Интерьер греческого жилого дома был немыслим без ваз и декоративной скульптуры, главным образом терракотовой. Своими художественными достоиствами славились терракоты конца IV—начала III в. до н. э. из Танагры в Беотии, изготавливавшиеся в гипсовых формах.

Великолепнейший подбор танагрских статуэток имеется в Эрмитаже. Несомненно, что эти маленькие шедевры были навеяны творчеством Праксителя, такой грацией и поэзией они отличаются. Богатая культура Этрурии, сложившаяся в I тыс. до н. э. на территории Средней Италии, является одной из самых своеобразных цивилизаций древнего мира. Недаром этрусков называют «загадочным» народом, ведь вопрос об их происхождении до сих пор не выяснен. Этрусские города с храмами, дворцами и жилыми постройками не сохранились, для их возведения строители широко пользовались глиной, деревом и мягким местным известняком. Подавляющая часть произведений этрусского искусства была найдена в гробницах, в том числе и так называемые вазы «буккеро», специфичный вид этрусской художественной керамики раннего времени (VII—VI вв. до н. э.). Эти сосуды с блестящей черной поверхностью напоминают своим обликом изделия из металла. Они украшены гравированными и рельефными портретными изображениями и орнаментом. Барельефы из обожженной глины были широко распространены в Этрурии, что видно из обнаруженных при раскопках деталей фронтонов и других украшений храмов и дворцов. Затем наступила эпоха Древнего Рима с его достижениями в области строительства.

В отличие от греческих зодчих, культивировавших идеал гармонии и красоты, римляне превращают возведение общественных зданий в средство возвеличивания и упрочнения правящей власти. Постоянно ведется строительство грандиозных общественных зданий и сооружений. Светоний с восхищением пишет о деятельности императора Августа (63 г. до н. э. —14 г. н. э.): «Он так отстроил город, что по праву гордился тем, что принял Рим кирпичным, а оставляет мраморным...». Более точно будет сказать, что он застал Рим глиняным, а оставляет кирпичным. Ибо, хотя помпезность требовала создания построек каменных или кирпичных, облицованных мрамором, но большинство жилых зданий тогдашнего Рима делалось из сырца, битой глины, бута или дерева. Лишь постепенно стены из слоев щебня и раствора (выполненные с передвижных лесов) стали облицовывать треугольным обожженным кирпичом. Четырехугольный кирпич был дороже, поэтому его применяли, в основном, в сводах. Одним из главных достижений в области строительной техники римлян принято считать перекрытие огромных внутренних пространств, свободных от промежуточных опор. И вавилоняне, и греки, и этруски тоже знали арку и свод, но только в Риме они были доведены до совершенства и получили такое всеобщее распространение. Этому способствовало создание римлянами на рубеже III-II вв. до н. э. прочного водостойкого бетона, состоящего из известкового раствора, вулканического песка и щебня. Основной формой перекрытий был купол из бетона и кирпича, а также цилиндрический свод. Небольшие кирпичные своды римляне укладывали без кружал, начиная с углов, причем каждый кирпич поддерживался с двух сторон за счет высокого качества раствора. При больших пролетах они создавали двойные кирпичные настилы, отличающиеся необычайной прочностью (в Италии до сих пор возводят сводчатые потолки с помощью таких плоско уложенных кирпичей). Изобретение бетона и его повсеместное применение не заставило отказаться от использования обожженного кирпича (Колизей, арка Тита, Пантеон).

Сохранившиеся развалины форума в Помпеях позволяют хорошо рассмотреть характерное для римлян пользование кирпича в постройках. В отличие от греков, которые чаще всего отделывали здания путем обработки самих архитектурных элементов, римляне прежде всего возводили основные конструкции здания из кирпича ити бетона, а уже затем приступали к его облицовке. Обычно декоративные части подготовлялись во время кладки, а устанавливались позднее. Так, с помощью скоб мраморные плиты навешивались на законченные стены. Это давало большое преимущество в отношении быстроты постройки, способствовало разделению труда, но неизбежно приводило к тому, что облицовка часто искажала облик сооружения. Керамическое производство в Риме достигло большего совершенства, чем в Вавилоне или Афинах. Именно в Риме начали делать первую классификацию керамики. Глиняные сосуды во времена Августа стоили так дорого, что особо ценные экземпляры продавались на вес золота. Римские легионы всегда имели при себе своих кирпичников и гончаров, и повсюду, где основывались военные поселения, начиналось изготовление различных керамических изделий.

После разграбления варварами Рима центром средневекового искусства стала Византия, образовавшаяся в 395 г. на основе Восточной Римской империи. Там ведущую роль приобрела архитектура базиликальных и купольных зданий из обожженного кирпича, созданных на основе античных традиций. Гениальное воплощение новый тип сооружения получил в храме Св. Софии, воздвигнутом в Константинополе в 532—537 гг. архитекторами Исидором из Милста и Анфимием из Тралл. Здание дошло до нас уже укрепленным, с позднейшими переделками. Оно стоит уже более 14 столетий, что свидетельствует о долговечности использованных строительных материалов, главным образом обожженного кирпича, который в византийской архитектуре, как и в Вавилонии, занял главенствующее положение.

Орнаментация византийских фасадов сводилась обычно к различным комбинациям кирпичной кладки. Применялись карнизы из кирпичей, положенных наклонно, или в виде зубчатой ленты, где кирпичи уложены наискось. Начиная с XI в. часто встречается чередование рядов белого камня и красного кирпича. Наиболее характерными элементами архитектурных сооружений арабов оказались арки, главным образом стрельчатые, и различные купола. Купола также имели свою специфику. Чаще всего их выполняли путем сплошной многослойной кирпичной кладки, а иногда выкладывали из двух кирпичных оболочек, связанных с помощью кирпичных распорок и ажурных арок. Купол в форме луковицы заимствован от авторов мечети Эль-Сахра в Иерусалиме. Но возможно, это влияние Индии, где такие купола встречаются значительно раньше. В дальнейшем луковичные купола нашли широкое применение в Древней Руси, где наряду с коническими куполами они стали главными элементами национальной архитектуры. Эти купола выкладывали горизонтальными рядами вперевязку. Ячеистые купола выполнялись тоже горизонтальными рядами, но требовали более высокого мастерства строителей и встречаются не часто. Мавританские зодчие нашли, что этот прием больше подходит для устройства сводов в интерьерах. Бесконечное разнообразие форм обработки внутренней поверхности ячеистого кирпичного свода позволило получать интересную чешуйчатую поверхность. Входящие углы обрабатывали гипсом, что создавало эффект сталактитовых сводов, удивительные образцы которых оставила в Испании мавританская архитектура. Другим важным центром средневековой культуры был Средний Восток, где наивысшего подъема архитектура и искусство достигли в XIV—XV вв. в эпоху правления Тимура. При нем в Самарканде ведется огромное, в основном кирпичное, строительство. Наряду с местными мастерами работают художники и архитекторы из Ирана, Ирака, Сирии, Афганистана, Азербайджана, Индии. Творчеству этих, порой неизвестных зодчих мы обязаны тем, что многие монументальные здания Самарканда принадлежат к замечательным памятникам средневековой архитектуры. Среди них — грандиозная мечеть Биби-ханым, законченная в 1404 г. Даже в руинах она свидетельствует о смелости замысла его автора и мастерстве ее создателей. Другим, лучше сохранившимся архитектурным комплексом является «жемчужина Самарканда»—ансамбль Шах-и Зинда, состоящий из мавзолеев высшего духовенства и знати, большая часть которых возведена при Тимуре и его преемниках. На 44 зданиях комплекса, первое из которых было возведено еще в XI в., а последнее — в XVIII в., можно найти все виды отделки фасадов в интерьеров, начиная с орнаментальной резьбы по гипсу и фигурной облицовки обожженным кирпичом, которые с XI в. являются и наиболее распространенными видами обработки стен. Затем с XII в. применяется орнаментальная резьба по терракоте. Первоначально орнамент из кирпича и резных терракотовых плиток был монохромным, но в XII—XIII вв. плитки начинают покрывать голубой глазурью. Распространяется в это же время облицовка поливным кирпичом, главным образом голубым и темно-синим, который великолепно гармонировал с терракотовым цветом обожженной керамики. Эти основные тона неба и земли городов Средней Азии, своеобразно претворенные в архитектуре, создали ее особый колорит. В XIV в. входят в употребление полихромная изразцовая майолика и мозаика.

Самыми характерными элементами восточной архитектуры оказались разнообразные купола. Среди них выделяется голубой сверкающий купол мавзолея Туман-ака, выложенный из глазурованного кирпича горизонтальными рядами. Впечатляет торжественной монументальностью усыпальница Тимуридов— Гур-Эмир, построенная в начале XV в. из прекрасного обожженного кирпича и увенчанная огромным сине-голубым ребристым куполом. В XVII в. был завершен знаменитый ансамбль площади Регистан в Самарканде, состоящий из трех медресе, расположенных симметрично по сторонам площади. Массивность зданий медресе Улугбека, Ширдор и Тиллякари уравновешивается свободным взлетом стрельчатых арок порталов и мощными вертикалями минаретов, сплошь покрытых изразцовыми узорами и надписями. Значительные сооружения воздвигались в Бухаре и других городах Средней Азии. Все они поражали богатством орнамента. Так как изображение живых существ запрещалось кораном, арабский орнамент — арабеска — создается причудливым сочетанием геометрических узоров, которые напоминают красочный ковер. В выдающихся постройках готики кирпич применяется очень мало, все знаменитые средневековые соборы построены из тесаного н бутового камня, преимущественно мелкого. Доказательством тому, что их можно было возводить из обожженного прочного кирпича, являются дошедшие до нашего времени и хорошо сохранившиеся готические кирпичные постройки: «зальная» Мариинская церковь в Нейбранденбурге (1298 г.) и Мариинская церковь в Пренцсгау (1320—1340 гг.). Известны также готические постройки из кирпича в ганзейских городах Любеке, Висмаре, Ростоке, Штральзунде. В романскую эпоху зодчие начали создавать крутые скатные крыши из черепицы, а в готическую еще более увеличили их уклон, который редко бывал меньше 45°, чаще достигая угла равностороннего треугольника (60°) или даже превышая его. Иногда применялась желобчатая черепица, снабженная шипами, в основном удерживавшаяся силой трения. Для очень же крутых скатов употребляли плоскую черепицу тоже с шипами, но удерживаемую гвоздями. Керамику широко применяли в виде одноцветных облицовочных плиток в отделке стен, и в большинстве церквей полы были выложены крупными керамическими плитами, на красноватом фоне которых выделялась бледно-желтая полива.

В эпоху Возрождения кирпич завоевал ведущее место среди строительных материалов, вытеснив каменные блоки и бутовый камень, а черепица стала почти единственным кровельным покрытием. Большая часть флорентийских и сиенских дворцов кажется сложенной из огромных каменных глыб. Но это только видимость: массив стены выложен из кирпича, а плиты тесаного камня образуют лишь облицовку (например, палаццо Питти и Строцци, дворец Канчелла-рия). Своды выкладывают из кирпича, уложенного плашмя, по античной традиции без кружал. Так выложен «монастырский» свод Сикстинской капеллы и большого зала в палаццо Фарнезе. Сферический купол «на парусах» также возводили без кружал. Баптистерии Флоренции и Кремоны, построенные в X—XI вв., имеют кирпичные купола почти стрельчатой формы, образованные двумя оболочками, соединенными между собой отдельными связями. Фи-липпо Брунеллески (1377—1446 гг.) применил эту идею во Флорентийском соборе. Его первой и самой знаменитой архитектурной работой был грандиозный кирпичный восьмигранный яйцеобразный купол (1420—1436 гг.), возведенный над построенным еще в XIV в. собором Санта Мария дель Фьоре. Огромный купол, достигающий почти 43 м в диаметре, сопоставим с куполами Пантеона и храма Св. Софии, и превышает купол собора Св. Петра в Риме, созданного Микеланджело и Джакомо делла Порта свыше ста лет спустя. Применив оригинальную каркасную конструкцию из двух оболочек, Брунеллески не только сумел обойтись без лесов, но и значительно облегчил купол. Благодаря пустотелости свода уменьшились сила распора, а кирпичные спиральные связи между оболочками позволили создать свод почти такой же жесткости, как и сплошной. Материал сосредоточен у стенок, именно там, где он и работает в такой конструктивной системе. Надо отметить, что таких выдающихся конструктивных решений, какие создавали авторы грандиозных готических соборов или флорентийского купола, эпоха Возрождения оставила нам немного. Римская традиция сначала строить, а уже потом декорировать привела зодчих Италии к недооценке выбора конструктивной схемы сооружения, к отсутствию ее тектонического выражения. Нередки стали случаи, когда после окончания постройки большого здания только еще объявляется конкурс на проект капители или карниза, а иногда и фасада. Эта тенденция к декорированию готовых конструкций привела к тому, что сама кирпичная кладка стен с выступающими кирпичами была заранее предназначена для последующей облицовки мраморными плитами.

Инкрустации из глазурованных плиток на фасадах постепенно становятся модой. Этому способствует бурное возрождение керамического производства в Западной Европе, начинающееся с конца XIV в. Древнее гончарное мастерство было заброшено, поэтому потребовалось много лет, прежде чем оно могло снова радовать люден. Забытое искусство впервые возрождается в Испании в областях, оккупированных маврами. Покрытые глазурью и богато разукрашенные кирпичи, вазы, блюда и другие изделия изготовлялись на Балеарских островах, одни из которых — Майорка — и дал им название «майолика». Виднейшим представителем майоликового искусства в эпоху Возрождения стал известный флорентийский скульптор Лука делла Роббиа (1399 — 1482 гг.), основавший знаменитую династию мастеров-керамистов и вошедший в историю развития керамики не только своими выдающимися скульптурными работами из керамики, но и тем, что первым в Европе, еще в 1438 г., стал применять белую оловянную глазурь. Мастера из этой семьи создали архитектурную майолику в виде скульптурных многофигурных рельефов и фактурных вставок, покрытых цветной поливой, чаще всего белой по голубому или ярко-синему фону, которые они устанавливали в люнетах на фасадах знаменитых палаццо или в интерьерах в виде круглых тондо.

В Санкт-Петербургском Эрмитаже хранится несколько великолепных произведений, принадлежащих основателю знаменитой семейной школы и его потомкам: Андреа (1435—1525 гг.) и Джиованни делла Роббиа (1469—1529 гг.). Эрмитаж обладает и редким собранием итальянской майолики XV—XVI вв., в котором кроме архитектурно-художественных изделии выделяются вазы и сосуды, служившие для украшения интерьеров и обычно стоявшие на полках открытых резных буфетов. Очень много изделий известных местных производств, которые возникли в различных итальянских городах (Фаэнце, Сиене, Урбино, Губбио, Кастель-Дуранте и др.). Классическим выразителем стиля ренес-сансной майолики стал Николо Пеллипарио, один из самых известных керамистов Италии. Большим мастером керамики во Франции являлся Бернар Палисси (1500—1580 гг.), изделия которого отличаются разнообразными формами и прекрасной блестящей глазурью. В Эрмитаже есть выполненные им живописные блюда и декоративная скульптура, которую он изготовлял в гипсовых формах. В Германии из плотной спекшейся глиняной массы изготовляли так называемый каменный товар, в основном метлахские плитки и посуду, которая под названием рейнской вывозилась во Францию, Голландию и Англию. В Голландии, в Дельфте, выделывалась прекрасная сине-белая керамика.

Трудно найти здание эпохи Ренессанса, автор которого в той или иной степени не воспользовался бы изделиями из керамики. Фасады Мадридского собора облицовываются глазурованными плитками, выполненными в Италии в мастерской делла Роббиа. В интерьерах европейских дворцов значительную декоративную роль играют камины, в которых причудливо соединяются изделия из камня, керамики и металла. Да и внутренняя отделка стен не обходится без глазурованных плиток. А на черепичных крышах появляются кирпичные дымовые трубы с такими затейливыми завершениями, что они становятся полноправными архитектурными элементами. Даже крепостные сооружения из кирпича в эту эпоху являются произведениями искусства. Ведь знаменитые архитекторы Микеланджело и Браманте были в то же время и военными инженерами. Опыт производства изделий из глины в Древней Руси накапливался в течение многих сотен лет. Скифы, заселившие Приднепровье в III—V вв., уже умели делать керамические сосуды. Вначале их формовали вручную на специальной подставке, затем с XIII в. — на гончарном круге (местом его появления стала южная часть Русской земли).

Техника нанесения глазурей и эмалей была на довольно высоком уровне. Многоцветными, напоминающими мрамор и яшму, керамическими плитками, изготовленными в великокняжеских мастерских Киева, облицовывали стены и полы в каменных постройках Киева и Чернигова, когда на Западе изготовляли лишь двухцветные керамические плитки без применения цветных глазурей. Недаром киевская керамика в X—XII вв. экспортировалась в другие страны, в частности в Польшу, о чем сообщает в своем труде Костжевский. И возникновение кирпичного ремесла отмечается с первой половины X в. там же, в Киеве. Кладка стен в этот период осуществлялась по византийскому образцу, с чередованием рядов бутовой кладки с рядами кирпича, причем первые кирпичи («плин-фы») имели размеры, близкие к квадрату, при очень малой толщине. А широкие швы известкового раствора, в который добавлялся толченый кирпич («цемянка»), равнялись по толщине кирпичу. Предшественником обожженного кирпича был сырцовый, широко применявшийся на Руси для кладки печей, гончарных горнов и оборонительных сооружений. Применялся он и для кладки стен первого круглого дворца княгини Ольги в IX в. в Киеве. Дворец был выложен из глиняных, плохо обожженных крупных кирпичей размером 420X350X80 мм, которые при намокании резались ножом. Поэтому для надежности стены были укреплены каменными контрфорсами. Возведение там же Софийского собора в 1017—1037 гг. потребовало изготовления множества разнообразных материалов, среди которых керамика занимала значительное место. Кладка стен состоит из чередующихся 4—5 рядов кирпича и одного ряда камня на известковом растворе (известь, песок, толченый кирпич). Применявшаяся в кладке плинфа отличалась большой прочностью (8 МПа), что обусловило сохранность этих стен до настоящего времени. Ряды кирпича через один несколько углублялись в стену и закрывались раствором (утаенная, скрытая кладка), вследствие чего швы на поверхности стены получились втрое шире рядов кирпича, и стены приобрели красновато-розовый тон (от цвета цемянки). В кирпичной кладке были заложены горшки из хорошо обожженной глины-голосники, которые применялись для акустических целей. Кроме того, такие горшки были использованы в конструкциях арок и сводов собора для облегчения веса кладки. Через восемь лет после завершения Киевской Софии в Центре Новгородского детинца (кремля) возводится еще один Софийский собор, ставший одним из наиболее выдающихся памятников древнерусского зодчества. Новгородская София, несмотря на несомненную близость к Киевскому собору, в то же время и существенно отлична от него, прежде всего по применению кирпича, который, в основном, использован для кладки арок, порталов и оконных проемов. Своды же были частично каменные, частично кирпичные. Полоцкие и смоленские мастера также начали применять в церквах перекрытия в виде цилиндрических кирпичных сводов, что позволило завершать фасады трехлопастными кривыми.

Очень интересна церковь Евфросиньева монастыря близ Полоцка (1128—1156 гг.), построенная мастером Иваном, который первый воспроизвел в кирпиче форму деревянных бочек. Очевидно, из этого приема возникли кокошники, получившие затем такое распространение в русской архитектуре. Иван III (1462—1505 гг.), стремясь украсить Москву по образцу западноевропейских столиц, переходит от дешевого деревянного к более дорогому и огнестойкому каменному строительству. До той поры за 300 лет существования Москвы в ней, кроме крепостных стен, было возведено всего 12 каменных зданий — монастырей и церквей. Строились они из камня и кирпича потому, что служили задачам обороны города: монастыри были сторожевыми форпостами, а церкви — надежными хранилищами ценностей. Приглашенный в 1475 г. из Болоньи для строительства Успенского собора итальянский мастер Фьораванти, прозванный за свою одаренность и энциклопедические знания Аристотелем, ознакомившись со строительством церквей на Севере и во Владимире, приступил к возведению собора.

Фьораванти поразил москвичей «рядом усовершенствований, как, например, применением железных связей, кладкой сводов в толщу одного кирпича, особой крепкой известью и тому подобными техническими нововведениями, перенятыми затем московскими зодчими». В строительстве Успенского собора (1475—1479 гг.) впервые на Руси была применена механизация строительных работ: кирпич и камень поднимали не вручную, а специальной подъемной машиной. Кирпич для стройки изготовлялся по специальным указаниям Фьораванти: «...нашего русского кирпича уже, да продолговатее и тверже», как сообщает летописец. Для этого под его руководством в 1475 г. в Калитникове, за Андроньевским монастырем, был построен кирпичный завод с печью, имевшей постоянные своды. Кирпич выпускался очень высокого качества. Это помогло зодчему облегчить перекрытия настолько, что стены собора и круглые столбы, поддерживающие крестовые своды, поражали современников своей незначительной толщиной и стройностью — «подобно древам». Собор был сложен из гладко тесаных блоков мячковского известняка, но восточные квадратные пилоны, своды, перекрытия и барабаны глав сложены из кирпича. Псковские зодчие, авторы Духовской церкви (1476—1477 гг.) в Троице-Сергиевом монастыре, перестроили в Московском Кремле Благовещенский храм (1484—1489 гг.) и воздвигли небольшую одноглавую церковь Ризположения (1484—1485 гг). Ее фасады украшены пилястрами с капителями в виде полочек из трех рядов кирпича. На половине высоты обегает храм пояс-фриз из декоративных балясинок, выполненных из терракоты, характерной для московского зодчества начала XV в. «Однако и здесь псковичи не упустили случая применить родные им мотивы: карниз главы украшен кирпичными узорами («бегунцом» и «рубчиком»), а в основании главы сделан восьмигранный постамент». Развитие кирпичного производства в Москве и наличие достаточного числа опытных кирпичников позволили Ивану III начать в 1485 г. строительство стен и башен Московского Кремля из кирпича, продолжавшееся с перерывами до 1516 г. Московский Кремль, выстроенный из белого камня еще при Дмитрии Донском (1367 г.) и за сто лет своего существования неоднократно подвергавшийся осадам и опустошительным пожарам, к середине XV в. не отвечал уже требованиям фортификационной техники.

Изобретение пороха и распространение огнестрельного оружия требовали полной перестройки кремлевских укреплений. Перед приглашенными из Италии зодчими Пьетро Антонио Солари и Алоизио да Каркано (известными в России как Марко и Алевиз Новый) была поставлена задача построить мощную крепость. И они блестяще справились с заказом. Заново выстроенный Кремль поражал всякого, кто приезжал в Москву. Общая протяженность крепостных стен достигла 2,25 км. Высота их колебалась от 8 до 18 м, а толщина составила от 3 до 5 м. Наиболее высокие стены были возведены со стороны Красной площади, так как здесь не было естественной водной преграды, столь важной при обороне города. На цоколях из тесаного камня стены выкладывали из кирпича с забуткой внутреннего пространства рваным камнем. Двурогие зубцы с бойницами наподобие ласточкина хвоста не только служили хорошей защитой, но и украшали высокие и мощные стены. Быстрый рост и возвышение Москвы вызвали необходимость в усилении архитектурно-художественного значения башен Кремля в панораме города. В XVII в. начинается их надстройка. В 1624— 1625 гг., возводится верх Спасской башни в виде островерхого шатра. Русский зодчий Важен Огурцов и англичанин Христофор Галло-вей постарались придать башне парадный характер, что выразилось в устройстве курантов и в тщательной отделке архитектурно-декоративных деталей. В 1672—1688 гг. надстроили остальные башни Кремля. Возведение мощных крепостных сооружений Московского Кремля послужило толчком для оборонного строительства из камня и кирпича не только в столицах удельных княжеств, но и во многих городах, входивших в «засеченую черту», надежно защищавшую Русь от врагов.

Украшалась русская земля и башнеобразными шатровыми храмами-памятниками. Самым выдающимся из них явилась знаменитая церковь Вознесения в Коломенском под Москвой (1532 г.). Ее шатер выложен из рядов кирпича с незначительным отступом каждого последующего ряда по отношению к предыдущему. Глиняный кирпич был покрашен в белый цвет, имитирующий белый камень. Это придало зданию ту самую «воздушность», которой восхищались современники. Известный композитор Берлиоз писал: «Ничто меня так не поразило в жизни, как памятник древнерусского зодчества в Коломенском... Передо мной предстала красота целого. Во мне все дрогнуло. Я видел какой-то новый вид архитектуры. Я видел стремление ввысь, и я долго стоял ошеломленный...». Строителями храма были, несомненно, русские зодчие, работавшие в Кремле, превосходно освоившие и новшества, привезенные итальянцами, и приемы композиции грандиозных сооружений деревянного зодчества. Авторами интересной по композиции церкви Иоанна Предтечи в с. Дьякове (1547 г.), построенной из кирпича, очевидно, были те же русские зодчие, которым позднее Иван Грозный поручил создание Покровского собора. Собор должен был явиться памятником взятия Казани после восьми дней кровопролитного боя. В честь этой победы, совпавшей с праздником Покрова (1 октября 1552 г.), и было построено это известное всему миру архитектурное чудо (1555—1561 гг.). Авторами собора Покрова «что на Рву» (собор был поставлен недалеко от рва, проходившего перед кремлевскими стенами), прозванного позднее храмом Василия Блаженного, по имени погребенного у его стен юродивого, были два замечательных русских зодчих— Барма и Посник. Кажущееся разнообразие форм является результатом мастерского использования всего двух архитектурных элементов — восьмерика и полукружий, представленных в самых различных вариантах — начиная от широких и спокойных арок и кончая заостренными динамичными кокошниками. Вначале собор был краснокирпичным с белыми деталями из мячковского известняка. Существующая ныне многоцветная раскраска собора относится к XVIII в. Воплотив в храме Василия Блаженного народные представления о красоте архитектуры, его авторы по праву встали рядом с великими зодчими мира. К сожалению, мы очень мало знаем о них. Посник Иван (?) Яковлевич (или Яковлев) был родом из Пскова. После закладки Покровского собора возглавил артель строителей, возводивших с 1556 г. сооружения Кремля в Казани (в том числе Благовещенскую церковь). Имеются косвенные данные о том, что позднее он участвовал в строительстве Успенского собора (1560 г.) и Никольской церкви в Свияжском монастыре, а также церкви Козьмы и Дамиана в Муроме. Вот о втором авторе — Барме — не известно ничего, и это дало основание кое-кому из исследователей считать, что зодчий был один — Барма, по прозвищу Посник... Во всех постройках, приписываемых Поснику, всесторонне используются достоинства кирпича не только как конструктивного, но и как декоративного материала.

Создание Приказа каменных дел в 1583—1584 гг. способствовало централизованному государственному строительству, главным образом оборонного значения, и обеспечению его строительными материалами. Первым результатом деятельности Приказа явилось возведение стен Белого города в Москве, а затем постройка кремля в Смоленске. Крепостные стены и башни Белого города (1585—1593 гг.), выстроенные выдающимся русским зодчим «городовым мастером» Федором Конем, стали вторым кольцом укреплений столицы. По своему внешнему виду Белый город (названный так потому, что кирпичные стены его были выбелены) напоминал укрепления Кремля. Направление стен протяженностью свыше 9 км и возведение 27 башен Белого города было тесно увязано с холмистым рельефом местности и сетью небольших речек и глубоких оврагов (в конце XVIII — начале XIX в. стены Белого города были разобраны). Затем под руководством Федора Коня, выходца из смоленских крестьян, возводились крепостные стены Смоленска, стратегически важной крепости на западных границах Русского государства. Это грандиозное строительство, на которое пошло 100 млн. шт. кирпича, продолжалось с 1596 по 1602 г. Простые и монументальные стены кремля, облицованные прекрасно обожженным крупным кирпичом, отличаются тщательной отделкой архитектурных деталей и отвечают высоким фортификационным требованиям. И действительно, Смоленский кремль, который, говоря словами летописца, «делаша всеми городами Московского государства», не раз принимал на себя первые удары врага, преграждая ему путь к Москве.

Из дворцов, построенных в XVII в. с применением кирпича, наиболее интересен Теремной дворец в Кремле (1635—1636 гг.), произведение русских мастеров Б. Огурцова, А. Константинова, Т. Шарутина и Л. Ушакова. Ярусная композиция объема, тонкая резьба, раскрашенные наличники окон напоминают деревянный царский дворец в Коломенском. Именно в это время начали применять резные кирпичные детали с яркой окраской и цветные изразцы, что знаменовало собой новый этап в развитии русского зодчества. Вторую половину XVII в. можно считать периодом блестящего расцвета русской кирпичной архитектуры. Постройки того времени имеют сравнительно небольшие размеры, отличаются простотой и практичностью планировки и в то же время необычайно богатым «цветом», в частности нарядной кирпичной выкладкой. Из разнообразно и затейливо профилированного кирпича выкладываются сложные рельефы в самой кладке. Изразцовые вставки, цветные и блестящие, вправленные в ступенчатые прямоугольные углубления в кирпичной кладке, украшают карнизы и парапеты. На фасадах применяют декор из белого камня или терракоты, замысловатые наличники обрамляют окна, которые благодаря этому становятся как бы шире и выше. Такова и церковь в Филях, шедевр русского зодчества, внесенная ЮНЕСКО в список особо ценных памятников старины. Прихотливое сочетание красного кирпича с белым резным камнем утвердило стиль, который позднее был назван «нарышкинским барокко». Современники высоко оценили это яркое творение, и хотя летописец написал о церкви «мерна, стройна, благочинна», в ней нет ничего религиозного, она остается образцом жизнерадостности и красоты. При Петре I появляется новый архитектурный прием, характеризующийся применением более строгих стандартных белокаменных деталей, четко выделяющихся на фоне красных кирпичных стен. В дальнейшем и в России, и за рубежом кирпич оставался основным стеновым материалом, однако его все реже и реже применяли как лицевой, а чаще красили или штукатурили.

Конечно, были периоды, когда архитекторы вновь вспоминали о необыкновенных декоративных качествах обыкновенного кирпича. Так, например, в английской и американской архитектуре в XVIII—XIX вв. очень широко использовался традиционный темно-красный кирпич, применявшийся еще в средневековье. Блестяще использовал кирпич в своем творчестве великий русский архитектор Матвей Казаков, его Путевой дворец (ныне Военно-Воздушная академия им. Жуковского) или Царицынские постройки красноречивое тому подтверждение. Появились и другие мастера, которые нашли и для «низкого» кирпича достойное место в архитектуре: Клод Леду, Кристофер Рэн, Франк Ллойд Райт, Антонио Гауди, Федор Шехтель, Алексей Щусев... Подавляющее же большинство архитекторов видело в кирпиче лишь удобный конструктивный материал, и они безжалостно загоняли его в толщу стен или внутрь колонн, скрывая всю его красоту под толстым слоем штукатурки. Но все остальные виды строительной и декоративной керамики продолжали процветать.

Наш адрес:

03164, Киев, Украина, ул. Булаховского, 2/1 павильон №6 (ТПК «Агромат»)

Телефоны:
  • +38 (050) 662 13 69
  • +38 (093) 857-60-92
  • +38 (097) 104 99 18
Мы в соц. сетях: